Финальный раунд

Хорошо, наверное, быть молодёжью. Человеком студенческого возраста, например. Нам, старым пердунам, как-то уж слишком тяжело успевать за постоянно сменяющими друг друга событиями: просто не получается их как следует отрефлексировать. Пока безусые юнцы и юнчихи без устали прорабатывают инфоповод за инфоповодом, мы пережёвываем всю картину целиком. И вот что имеем.

Мы уверенно движемся вперёд — к поставленной ещё в августе цели. Это может быть не очень заметным, если всматриваться в детали, но становится очевидным, как только пытаешься рассмотреть ситуацию сверху. Сверху видно всё. В том числе и то, как хоккеисты пытаются работать с протестами в нашей стране. Стратегия проста [об этом много кто писал]: запугать, поссорить, оболгать.

Запугать не получилось. Ежедневно [!] в Беларуси проходят десятки акций: с флагами и без. Вне зависимости от погодных условий, развития космонавтики в регионе и наличия градообразующих предприятий. Большей частью протест ушёл в подполье — это правда. Но, находясь там, он всё так же остаётся протестом [рвущимся наружу]. Не без потерь, конечно: сотни людей сидят в тюрьмах, тысячи — уехали из страны. Новые люди получают свои пятнадцать суток. Это очень плохо, но означает лишь одно: сопротивление режиму не сломлено.

Поссорить тоже не получается. Да, у нас у всех разные взгляды на будущее страны, но все мы видим это будущее без фюрера. Можно спорить о перспективах Тихановской в политике и сложных финансовых схемах фондов взаимопомощи. Можно даже по-доброму подъёбывать наших рабочих, не останавливающих свою работу в условиях отрицательных температурных рекордов в заводских цехах. Но ссориться — нельзя. Оставляя комментарии россиянам касательно того, что пришло их навальное время показать миру, как правильно протестовать, вы пишите не только ольгинским троллям и имбецилам, издевавшимся над нами последние несколько месяцев, но и нескольким тысячам человек, которые всей душой были с нами всё это время [Хабаровску — привет!]. А эти несколько тысяч — лучшее, что случилось с нашим восточным партнёром за последние несколько сотен лет.

Цель беларуской космонавтики — убедить всех вокруг, что никакой космонавтики не существует. «Вам померещилось«,- говорит власть, предлагая нам забыть двухсоттысячные манифестации и неконтролируемые боевые запуски в них оливковых ракет ещё советской сборки.

Охуенный ход: это не мы фашисты маргиналы — это вы фашисты маргиналы. Забавно то, что этот старый как мир приём до сих пор работает — и нормальный человек, привыкший думать, садится ломать голову над выпущенной в воздух глупостью. Действительно, а может это я — Гитлер? Нет, дорогой. Гитлер уже давно сдох. На борту из всей мерзости остались лишь крысы и крабы.

А ещё есть мы: студенты, пенсионеры, рабочие, погромисты, учителя, врачи — и каждый знает о том, что он не один. Дед, конечно же, тоже не одинок: у него есть автоматики, самолётики и проститутки. И, несмотря на то, что у каждого из них, подобно вылизанному до блеска очку, на груди сверкает медаль, все они вместе взятые качественно проигрывают любому из нас. За примерами далеко ходить не надо: без нас вся это свора не способна даже на то, чтобы выцыганить себе хоккей. А ведь это только начало: мы отменим в этой стране всё — чемпионаты, соревнования, евровидение, калийные удобрения и банки. А потом — гнилой вишенкой на торте — отменим и самих космонавтов.

Наш протест очень кинематографичен. Впервые в двадцать первом веке можно поучаствовать в самой настоящей борьбе добра со злом. Без передёргиваний, натяжек и преувеличений — в сражении Света и тьмы.

Мы создаём реальность, в которой нет места сегодняшней репрессивной машине. Работая над этим, надо меньше внимания уделять деду, а себе — больше. Вместо того, чтобы смотреть очередной высер луноликого, оглянитесь вокруг — и найдите своему времени лучшее применение. Протесты, поддержка заключённых, волонтёрская помощь, самоорганизация, да даже подбадривание россиян в их стремлении избавиться от путина — вот что приведёт нас к желаемому финалу. В отличие от вирусных видосиков о том, как старый дед пытается утопить себя и своего пса в крещенской купели [но оба не тонут по понятным причинам].

Никакая армия не сравнится с силой идеи, время которой пришло — я никогда не устану цитировать слова Владимира Короткевича. Армия, конечно же, по привычке кочевряжится, изо всех сил пытаясь остановить неизбежное. Но нет: у космонавтики не осталось ни единого шанса законсервировать ситуацию или откатиться к бэкапу годичной давности. Мы, время и добро — сильней.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s